В связи с практическим значением селекции растений на устойчивость к болезням в настоящее время наиболее разработан анализ биотипов у ржавчинных, головневых и мучнеросных грибов, паразитирующих на однолетних культурных растениях; ведь при известных условиях новый биотип может стать равнозначным новому возбудителю. Как «сорта» хозяев возбудителя парши яблони представляют собой лишь части одной особи, вегетативно размножившейся черенками, привитыми на различные подвои, так и разновидности однолетних культурных растений понимаются уже не в ботаническом смысле, а так сказать, «субботанически», в качестве селекционных единиц.
Такие ключи для определения биотипов практически могут служить лишь в течение ограниченного срока. Если же опытные сорта лет через 50 перестают существовать в чистом виде (или если они с самого начала не являются генетически чистыми), то со временем ранее составленные ключи теряют свое значение.
С другой стороны, существование столь резкой биологической специализации паразитов говорит о том, что даже те сорта сельскохозяйственных растений, которые морфологически едва различимы, все же представляют собой биологическую реальность.
Понимание этого существенно важно для правильного решения юридического вопроса об охране законом новых сортов. В законодательстве некоторых государств в этой области до сих пор существует пробел. В то время как даже незначительные изобретения технического характера охраняются законом (патенты), вновь выведенные сорта культурных растений, создание которых нередко связано с многолетней затратой труда и средств, оказываются впоследствии как бы вне закона.
Чтобы воспрепятствовать этому беззаконию, в Германии в 1934 г. был введен специальный сортовой регистр. В этот регистр вносятся только проверенные сорта, самостоятельность которых с несомненностью установлена. В продажу могут поступать семена только от этих сортов. Путем испытания на поражаемость, проводимого при помощи высокоспециализированных рас паразитов, которые служат в этом случае дифференциаторами, например при помощи биотипов ржавчины, новый сорт в некоторых сомнительных случаях можно распознать даже тогда, когда он имеет хождение под чужим названием и вряд ли может быть с несомненностью определен ла основании каких либо других признаков. По своей тонкости такое испытание иногда бывает равным серологическому доказательству идентичности.
В заключение на примере линейной ржавчины пшеницы и злаковых трав можно еще раз показать это расчленение возбудителя, имеющее в настоящее время большое значение. Линейная ржавчина пшеницы была впервые описана на «хлебах» как Puccinia graminis Pers. Персооном в 1797 г. В XIX в. к кругу хозяев этого гриба присоединялись все новые и новые виды хлебных влаков, а затем и злаковых трав. В результате круг хозяев линейной ржавчины охватил свыше 100 различных видов злаков. Вместе с тем эта болезнь привлекала к себе все большее внимание исследователей: ведь даже в годы слабого развития линейной ржавчины недобор урожая составляет примерно 20%, а в годы развития болезни—50% и больше. Обусловленная всеми ржавчинными заболеваниями ежегодная потеря урожая в одной только Германии исчисляется в среднем в сумме порядка 200 млн. марок.